Menu

Керамика Риштанская

  • Просмотров: 1423

Маленький городишко в Ферганской долине прославил эти места на весь мир. Риштан стал центром прикладного искусства, а риштанская голубая керамика сегодня известна во всех уголках нашей необъятной планеты.

Производство глиняной посуды зародилось в глубокой древности, этапы его развития до середины ХІХ века еще предстоит изучать археологам. Историки относят начало производства гончарных изделий к ХІІ веку. Отдельные же источники свидетельствуют о том, что на два века раньше здесь делали посуду из глины, и связывают начало промысла с переселением в Риштан бухарских и самаркандских мастеров, в этих городах в те времена гончарное производство процветало. Гипотеза о том, что риштанская школа могла зародиться и получить быстрое развитие на основе уже существовавших объясняется близостью Великого Шелкового Пути, маршруты которого со временем сместились на север и проходили через населенные пункты Ферганской долины. Невзирая на нескончаемые набеги кочевых племен, на рубеже ІХ в. значительно вырос спрос на глазурованную посуду и изразцы, как следствие, возникали новые центры гончарного производства. Историки едины во мнении, что на риштанскую керамику оказало влияние творчество китайских мастеров эпохи Минг. Фарфоровая посуда, расписанная кобальтом, завезенная в эти места, пользовалась неизменным спросом.

Изящество форм, плавные линии кувшинов и ваз, сходивших с гончарного круга, типичны для всей Средней Азии. Однако, в роспись узбекской посуды местные жители сумели привнести свое понимание красоты. Разнообразие растительных орнаментов, цветовая гамма, проявляющаяся всеми оттенками лазоревого с вкраплениями благородной бирюзы под едва заметным, тончайшим слоем глазури – вот отличительные особенности посуды невероятной красоты. Изысканная бело-голубая бахрома деликатно оттеняет синеву изделия.

Красивая риштанская керамика

В конце позапрошлого века в городе работали около восьми десятков мастерских, промыслом были заняты не меньше трех сотен людей. Гончарная слобода располагалась в одном из районов современного Риштана. Как правило, на производстве были задействованы хозяин, все члены его семьи и несколько подмастерьев. За сезон, длившийся около полугода, в одной мастерской производилось более полутора тысяч изделий. В то время зарождались зачатки цехового производства. Один мастер работал над каким-то одним изделием или выполнял конкретную операцию, только в таком случае ремесленник приобретал доведенную до автоматизма сноровку и мог выполнять свою работу практически с закрытыми глазами.

Между двумя направлениями риштанской керамики имело место четкое разграничение, одни мастера изготавливали обычную глиняную посуду, другие – глазурованную. Ремесленников, выпускавших объемные сосуды – кумы, хузы и другую посуду для кухни, печи для выпекания лепешек – тануры, называли кузагары и танурчи. Изредка при производстве они применяли для украшения своих изделий глазурь, но считали это лишним. Представителей иного направления ремесленников, выпускавших гладкую, сияющую, нарядную расписную посуду называли тавокчи.

У цехов были свои уставы и небесный заступник, большинством голосов избирался аксакал. Представители обоих направлений жили в своих кварталах – махаллах. Между кузагарами и тавокчи существовало соперничество. Кузагары считали, что именно они являются носителями многовековых традиций гончарного мастерства, в то время, как тавокчи, свысока посматривавшие на конкурентов, придерживались мнения, что их изделия – верх совершенства, ведь спрос на расписную посуду порой превышал предложение.

Постижение секретов мастерства кузагарами осуществлялось в более короткие сроки по сравнению с конкурентами. Это и понятно, ведь посуда с нанесенной глазурью – это не просто мастерство гончара, главное здесь роспись и нанесение глазури. Такая утварь производится как бы в два этапа, и кузагары владеют лишь первым, а вот правилам нанесения орнамента, выбору цветовой гаммы и изготовлению и нанесению поливы с соблюдением всех тонкостей технологии нужно обучаться не один месяц. Тавокчи, во избежание появления конкурентов, не допускали к своим секретам посторонних, а обучали только членов семьи.

В середине ХІХ века полностью сформировались особенности и традиции риштанской школы керамики, с которыми мы знакомы сегодня. Одними из первых экземпляров местной посуды были кабуди мисин, выполненные в бирюзовой цветовой гамме с вкраплениями оттенков меди. Мастерство гончаров росло и они научились делать восхитительные изделия из фаянса с тончайшей кружевной росписью, покрытые бирюзовой глазурью, такая посуда получила название чинни. По прошествии веков технология их изготовления была утрачена, а восстановлена лишь благодаря энтузиазму мастеров Абду Джалола и Абду Джамила Усто, которые добыли методики в Каштаре и Иране.

Параллельно с чинни развивалось производство ложувари – посуды с росписью ультрамарином по белому фону, покрытой нежной ишкоровой глазурью, имеющей матовую поверхность. Технология ишкора была завезена из Ирана и Самарканда. Выпуск посуды был сосредоточен в древней столице Ферганы, Ахсикете. Постепенно производство распространилось во все центры гончарного искусства Средней Азии. В ХІІ веке была особенно популярна имитация посуды из Китая, под поливой всех оттенков зеленого, от насыщенного темно-зеленого до бирюзового.

Голубая керамика Риштана поставлялась во все крупнейшие центры Узбекистана. По качеству она не уступала китайской, а вот стоила значительно дешевле, кроме того, цвет бирюзы, почитаемый и широко распространенный на Востоке (достаточно вспомнить мечети легендарной площади Регистан), плавные изгибы и мастерски нанесенный традиционный растительный орнамент позволили очень быстро завоевать сердца почитателей изысканной посуды.

В риштанской керамике все же были отдельные элементы копирования китайского фарфора. К тому времени поставки из Поднебесной уже были приостановлены, некоторые нечистые на руку мастера, зная, что покупатель высоко ценит посуду китайского производства, ставили на дно клеймо с китайскими иероглифами. Такая посуда носила название елгон чинни, чинни мусульмони – мнимый или мусульманский фарфор.

Не столь популярна была риштанская посуда с покрытием из жидкой глины (ангобом), успешно скрывающим неровности или шероховатости, которое впоследствии покрывалось глазурью и расписывалось яркими рисунками в золотистой цветовой гамме. Такие оттенки получались за счет добавления малгаша (окиси сурьмы). Производством таких изделий занимались мастера, носившие почетное звание Усто – учитель.

Имена многих талантливых мастеров занесены в сокровищницу национального искусства, так Усто Абдулла изготавливал изразцы для роскошного дворца в Худояр-хана в Коканде, его ученик Усто Мадамин Ахун, чета Усто Ниязматовых, муж – виртуоз гончарного искусства, его супруга – талантливая художница.

С конца ХІХ ст. риштанская керамика с успехом начала завоевывать российский рынок. В 1900 г. она стала полноправным экспонатом Всемирной выставки в Париже. Специалисты сравнивали ее с лучшими экземплярами европейских майолик и были едины во мнении, что она с успехом составит им конкуренцию.

Сегодня, дошедшие до нас экземпляры риштанской керамики тех лет, находящиеся в музеях Республики Узбекистан, обезличены, отсутствует возможность определить принадлежность их тому или иному мастеру. Исследователи едины во мнении, Риштан стал отправной точкой искусства керамики в Узбекистане. Однако, под воздействием различного рода факторов, постепенно производство во всех центрах гончарного искусства стало угасать, терялись навыки и уникальные технологии. В конце ХІХ ст. была введена в строй железнодорожная ветка из Ташкента в Фергану, по которой впоследствии из России начали ввозить фабричную посуду, завоевывая местные рынки.

Не выдержав противоборства с артелями, многие кустарные мастерские начали закрываться, и все же, мастера предпочитали работать индивидуально, а не объединяться в артели, как того требовали реалии нового времени, когда в республику пришла Советская власть.

В 1918 г. 70 местных гончаров объединились в артель «Чиннигарон», все они были потомственными ремесленниками, владевшими всеми тонкостями мастерства. Творческая биография многих старых мастеров тесно связана с этой артелью. К началу 40-х годов в Риштане ремесленников, работавших индивидуально, практически не осталось. Во время войны десятки молодых гончаров ушли на фронт и не вернулись. В те времена артели забыли о творчестве и занимались производством низкосортной посуды.

Выпуск ультрамариновой керамики прекратился еще в 30-е годы. Уходили из жизни мастера старшего поколения, а вместе с ними и секреты технологии ее производства.

Во времена СССР умельцам риштанского фарфорового завода было не особенно до творчества. Планы и ассортимент производимой продукции спускали сверху, чиновники, сидящие в министерствах, считали, что лучше знают, чем заниматься подобным предприятиям.

И лишь с обретением независимости, энтузиасты гончарного искусства Риштана взялись за восстановление утраченных традиций и творчески применяют их в современных условиях. Сегодня риштанская керамика вновь на подъеме. Многочисленные туристы, бывающие в Узбекистане, с удовольствием увозят с собой творения умелых рук мастеров.